Некневсе

Мы творим свою жизнь не только поступками, но и с помощью слова. Язык – дом нашего бытия. Как мы говорим, так мы и живем. Англичане живут в одной вселенной (американцы немного в другой). Русские – в сильно другой. Китайцы, евреи, индусы, арабы… каждый язык представляет свою вселенную.

Но ни в одном языке нет слова, которое могло бы помочь любому коучу “развязывать узелки”, в которых запутываются их клиенты. Это слово НЕКНЕВСЕ.

Давайте дадим слово Роберту Уилсону, который его придумал:

На мой взгляд, нам крайне необходимо слово некневсе, которое означает “некоторые, но не все”.

Вспомним, что восприятие предполагает потери (или вычитание): когда мы смотрим на яблоко, то видим не все яблоко, а только часть его поверхности. Поэтому наши заключения, или модели, или туннели реальности, строятся на совокупности таких энергетических потерь. Мы никогда не знаем “все”, — в лучшем случае мы знаем некневсе.

Представьте мир, где в немецком языке нет слова “alles” и его производных, а есть слово “некневсе”. В таком мире Адольф Гитлер никогда не смог бы придумать и сформулировать теории про всех евреев. В лучшем случае, он смог бы говорить о некневсех евреях.

Я не утверждаю, что это предотвратило бы Холокост, и не предлагаю теорию лингвистического детерминизма, опровергающую теорию экономического детерминизма Маркса и теорию расового детерминизма Гитлера, но считаю, что любая “все-общность” провоцирует геноцидный психоз, а “некневсе-выделенность” препятствует геноцидному психозу.

Представьте словарь Артура Шопенгауэра со словом некневсе вместо все. Он по-прежнему мог бы теоретизировать, но уже не обо всех, а лишь о некневсех женщинах, и тогда бы из нашей культуры исчез главный рассадник женоненавистничества в литературе. Представьте феминисток, пишущих не обо всех, а лишь о некневсех мужчинах, Представьте споры уфологов, в которых оппоненты приходили бы каким угодно заключениям о некневсех наблюдениях НЛО, поскольку язык не позволяет им говорить обо всех наблюдениях.

А представьте, что было бы, если бы вдобавок в семантической санитарии аристотелевское “является” заменили нейрологически аккуратным “как мне кажется”.

Вместо “вся современная музыка — дрянь” говорили бы “некневся современная музыка кажется мне дрянью”. Перефразировались бы и другие догматические высказывания: “Некневсе ученые кажутся мне полными невеждами в литературе”, “По-моему, некневсе гуманитарии невежественны в точных науках”, “По-моему, некневсе англичане страдают излишним самомнением”, “По-моему, некневсе ирландцы много пьют”…

И тогда идолы снова превратились бы в модели, или туннели реальности, а мы припомнили бы, что создали их сами. Какими удивительно нормальными могли бы мы тогда стать. Впрочем, это лишь предположение.

Вспомните нересурсные высказывания клиентов (или свои), в которых это слово могло бы быть ценным. И, если не развязало бы, то хотя бы ослабило бы узел, которым люди себя порой стягивают/сковывают, лишают альтернативы и закрывают решения. Парочку можете даже написать в комментариях.

2 комментария:
  • “НЕКНЕВСЕ” …Всего одно слово,а сколько важных уточнений можно сделать!Навешивая ярлыки, мы не задумываемся о последствиях.”Слово не воробей…” и продолжаем сужать свои тоннели реальности. Любое правило содержит в себе исключение и это отправная точка к развитию, расширению “карт реальности” , подсказка для стирания “родительских предписаний” . Пожалуй,я возьму это слово на заметку!
    Спасибо,Эдуард, за статью.

  • Я вообще очень прямолинейная барышня. Как Вы заметили, Эдуард, со мной разговор короткий ))))

    Когда клиент начинает обобщать “все, всегда, никогда”, я задаю очень простой вопрос: “О ком конкретно Вы сейчас говорите? О какой конкретной ситуации?”

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *